Разбирая любовь по кирпичикам… (часть первая)
«Любит-не любит, плюнет-поцелует, к сердцу прижмет – к черту пошлет», – приговаривала пятилетняя Таня, отрывая по очереди ромашковые лепестки. В этом возрасте ей все казалось однозначным: любишь – женись/выходи замуж/рожай детей. Не любишь – с глаз долой из сердца вон. И лишь спустя двадцать три года она поняла, насколько многогранной и полярной может быть любовь: сегодня души не чаешь в человеке, а завтра – проклинаешь его. А еще она поняла, что любить можно по-разному, но от всей души: родителей, друзей, коллег по работе, закаты и рассветы, шум прибоя, шепот листвы, себя, в конце концов. Возможно, ей повезло чуть больше, чем другим: в сравнительно юном возрасте ей открылась невероятная сила любви, которую не каждому даровано испытать. В чем же эта сила и можно ли ее измерить?
Любовь: взгляд из Древней Греции
Круг интересов древних греков был необычайно широк: начиная с изучения перспектив полетов на Луну и заканчивая детальным анализом человеческих эмоций, в том как влюбить мужчину.
Именно греки первыми поняли, что у одного слова «любовь» может быть как минимум десять значений, причем абсолютно не похожих друг на друга.
Стихийную любовь, похожую на переменчивую погоду, они называли «эрос». Она была ничем иным как вожделением, несоизмеримым преклонением перед идеалом. Причем идеал взаимностью никогда не отвечал, поэтому любящий оказывался одновременно страдальцем. Такая любовь «произрастала» из ниоткуда и была похожа на наваждение.
Диаметральной противоположностью ей была любовь-«филия». Если предыдущая зарождалась на подсознательном уровне, то эта появлялась в результате осознанного выбора. «Я тебя люблю, потому что ты достоин моего расположения», – примерно таким был ее лейтмотив. Но этот вид любви был, скорее, уделом близких друзей или супругов-партнеров: никаких возвышенности и взаимного растворения – только уважение и сознательное отношение.
У семейных пар со стажем любовь со временем превращалась в «сторге» (да-да, слово «восторг» происходит именно от этого термина). Ее отличительными чертами были нежность, желание приласкать и убаюкать, оградить от земных проблем.
Но чрезмерное проявление такого рода любви порой превращало одного из супругов в жертву. Его больше не заботили собственные потребности – целью всей его жизни становилось служение любимой/любимому. Такое чувство получило название «агапэ». Этим же термином в христианстве называли любовь человека к Богу. В особо критичных случаях «агапэ» становилась «манией».